Дорогами мертвых

Пром зона осталась далеко позади. Третий день пути радовал легкой дорогой и отсутствием опасностей. Но я не забывал окружать место ночлега словами оберега, а днем внимательно смотрел по сторонам, следя за малейшими изменениями, как в пейзаже, так и в астральных возмущениях. Песчаные пустоши постепенно сменились холмистой равниной, покрытой красноватыми растениями с мясистыми листочками, опутывающими ноги по щиколотку. Иногда попадались, бьющие в распадках меж холмами, ключи с ледяной, но очень соленой водой. В этих местах, растения были выше и мясистей, словно соль была для них удобрением. Я твердой поступью шагал к месту перехода. С грузом, что лежал в моем ранце, находиться в этом мире было опасно. "..." все так же, следовала за мной тенью. С первого дня появления, она заметно окрепла. Уже не было той болезненной худобы. Бедра округлились, грудь приняла форму. Но прямая осанка и выразительные зеленые глаза, на приятном лице, остались прежними. Мы делили с ней припасы и мой спальник, согревая друг друга, внезапно ставшими такими холодными, ночами.

Очередной день подходил к концу. Светило клонилось к горизонту. Забравшись на высокий холм, увидел в далеке дымчатое марево. Стоящая рядом "..." также пристально смотрела в ту сторону. Дойти до места удалось лишь затемно. Ночное солнце еще не взошло и портал перехода белесой дымкой четко проявлялся в сгущающейся тьме. Внезапно "..." схватила меня за руку, с неожиданной силой стиснув запястье своими тонкими пальчиками. Проследив направление её взгляда, заметил мелькаюшие серебристые искорки и перетекающие в тьме движения. Ночные охотники проявлялись, скользя поджарыми мазками. Их было много. На некоторых я заметил серебряные ошейники. Не оставалось сомнений, что они шли за нами и направлялись чьей то волей. Создавать обережный круг уже не было времени. К тому же, я очень сомневался, выдержит ли он. Призвать бездну мне просто не хватит времени, да и против такого количества ночных убийц, я просто не выстою. Попытаться уйти через переход, в другое пространство, но сдержит ли он охотников и не последуют ли они за нами? Вопросы лихорадочно проносились в голове. Темные тени охотников, с тихим шелестом, стремительно перетекали всё ближе и ближе, смыкая круг, разорвать который у меня не было ни времени ни сил. 

Время превратилось в вязкую смолу, связывая окружающее невидимыми путами. Чёрное небо, багровая трава, темные силуэты охотников. Всё запуталось в замедляющей мир, не зримой, но очень липкой паутине. Фиолетовая маска десятком глаз внимательно смотрела на меня. Крепкие голые руки, кривой нож на поясе, огромный баул за спиной, знакомая фраза, — «Приветствую, Брат». Тот, кто «провожает умерших» спокойно стоял рядом и наблюдал за останавливающими время незримыми волнами. Словно и не было многих дней скитаний, и мы снова у башен безымянного города. «Он тот кто провожает умерших… ты тоже провожаешь?.. », вспомнил я слова моей Альядо. Решение пришло внезапно. «Благодарю, Брат», проговорил я, улыбнувшись нашему внезапному спасителю, и покрепче ухватил "..." за запястье. Прикрыв глаза, нашел в себе свет полной луны. Обычной, нашей земной, луны, сияющей в небе полном звезд.

Серебряные лучи «солнца мертвецов», освещали тропинку среди темной непролазной чащи исполинских деревьев, подпирающих ветвями далекое небо. Мы с "..." шли дорогой умерших. Путем, по которому, однажды, пройдет каждый. Человек в маске прикрыл нас от ночных тварей, своей загадочной сетью, в которой, как в липкой смоле, увязало само время. Прикрыл и дал возможность уйти. Сюда, в царство мертвых. В самое сердце навьих земель, куда мало кто отважится сунуться, опасаясь неотвратимости смерти. Для меня же эти путешествия были привычны. Когда то давно, один хитрый шаман, с жадным блеском в глазах пересчитывая купюры, показал мне как отворять двери и переходить черту. С тех пор подобные путешествия стали мне привычными. Хотя первые мои попытки были тяжелыми и заканчивались серьезными травмами, как физическими, так и душевными. Терпение и тренировки открыли мне безопасные пути. "..." шагала рядом, босыми ножками осторожно наступая на лунное серебро тропы. Тропы, казавшейся такой узкой, но позвалявшей свободно идти плечо к плечу и дарившей безопасность. Украдкой наблюдал как с моей спутницы слетает чужеродная магия и программы деформировавшие память. Распадаются печати и узлы договоров, злой волей превратившие, некогда человека, в мутировавшего кадавра, существовавшего в виде, пожирающего людскую жизнненную силу, голодного духа. Перед царством мертвых все равны и никакая магия здесь не может устоять в первозданном виде. Сила навьих миров разрушает, даже самые крепкие, чары. Царство мертвых нельзя пройти на половину и вернуться назад. Умершие уходят навсегда. Живые, по своей воле рискнувшие сюда войти, так же должны пройти этот путь до конца. И только тогда, если удасться сохранить себя, путешественника ждет выход. Мы уже миновали огненную реку. Прошли сквозь туманные топи. Не спеша преодолели исполинский лес, безмерно давящий своей чудовищной громадностью, от которой, казалось, останавливается сердце. Мы не торопились. Время здесь течет совсем по другому, столетия могут пролететь за секунду, а секунда может затеряться в вечности. Пред нами предстали равнины навьего забвения. Расстилающиеся бесконечным ковром желтой высохшей травы, под бесцветным небом, тянущиеся от пределов, до пределов. Еще ни одному умершему не удалось преодолеть их. Я покрепче ухватил ладошку "..." и поправил ремни ранца с бесценным грузом. Живой, прошедший этим путем меняется навсегда. Что ждет нас на другой стороне бесконечного забвения? Выбросив из головы бесполезные вопросы, зашагал в неизвестность. "..." цепко спрятав пальчики в моей ладони, продолжала мягко ступать на лунное серебро тропы, держась рядом.