Последний разговор

— Ты помнишь ту жаркую зиму?  Она навсегда выжгла во мне воспоминания о тебе. Её песнь — это Адель, с только что взорвавшей чарты «Someone like you». Кто знал тогда, что в ней — будущее. Не наше будущее.  

Он молчал в телефонную трубку, не находя слов для ответа. Зачем? Этот звонок. Её голос. Воспоминания. Мурашки. И что- то ещё. То, что гораздо глубже понимания. 

Сентябрь жаркий. Чистое голубое небо пронзают толстые купола из золота. Улицы старого города, базарная жизнь. И эта предательская мелодия в колонках. Попробуй потом сказать, что всё случайно. Нет, не бывает так. Если уж бить, то до конца. Под аккорды размазанного… счастья ли? Могло ли оно быть тогда и после? Или суть его — мимолётна. А после горька.  

— Ты тогда смеялась с самого утра и всё тянула меня к морю. Танцевала по дороге к  прибою. Позволяла слабому ветерку играть твоими волосами. — Помню, как ты сказала: «ветер не врёт, в отличии от людей». И рассмеялась ещё громче, зная, что через какой- то час соврёшь сама, сказав, что не хочешь уезжать. А я сделал вид, что поверил.  

Паузы становились плотнее, и лишь шумы наших городов перекликались короткими сигналами автомобилей и гулом людских голосов. 

— Ты позвонил, чтобы сказать, что та зима была не сном? Или чтобы я, наконец, призналась, что танцевала тогда для тебя, чтобы ты запомнил меня такой. До того, как мы станем правдой друг для друга. 

В ответ — лишь моё дыхание в трубку. 

— Адель ещё часто играет в прибрежных кафе. И каждый раз я ищу тебя в толпе. Только теперь в своём городе. В своей жизни. И знаешь что? 

— Что?  

— Я всё ещё танцую, когда никто не видит. Только ветер теперь стал другим. Зачем ты позвонил? 

— Чтобы запомнить. И чтобы сказать, что я тогда не делал вид, что поверил. Я поверил по- настоящему. В то утро, в твой смех. В то, что ты никогда не врёшь, даже когда сказала, что не хочешь уезжать. Ты просто сама хотела, чтобы это было правдой. Хотя бы на тот последний час. Ты права, ветер и вправду стал другим. Теперь он лишь моя память. Знаешь, что я понял за эти годы? 

 —Что? 

— Та зима была не случайной. Она была самой настоящей жизнью. Всё остальное — лишь попытки её повторить. Ни одна не удалась. Я не ищу тебя в толпе. Ни тебя, ни запах твоих волос. Ты нашлась ещё тогда, где танцевала под аккорды счастья, которые мы не решились назвать своими. Оно так и осталось там. —  Помню ли я ту жаркую зиму? Она не  стала воспоминанием. Она стала частью меня.