Странные вещи в обычном мире

Я сидел в кабинете. Строчки букв и цифр, на мониторе компьютера, резали глаза. Взгляд в окно не принес ни отдыха, ни успокоения. Капли ползли по стеклу, сливаясь в длинные дорожки. Затяжной осенний дождь превратил, еще недавно цветущий город, в серую хмарь. Даже, редкие пятна, осыпающихся желтым, деревьев, не спасали от унылой серости. Редкие прохожие прятались от окружающей воды и грязи под зонтами. Взгляд скользил по промокшей улице, не находя ничего интересного. Вдруг, меня словно молнией пронзило. Хрупкая девичья фигура, в алой накидке с широким капюшоном, плыла среди этой серой влаги. Считаные мгновения понадобились мне, чтоб выскочить на улицу...

Собравшись с силами, медленно побрел по продуваемой ледяным ветром степи. Когда я сюда приехал, была осень. Но мои скитания по мирам затянулись. Интересно, сколько месяцев, или лет, прошло с тех пор, как я прошел в дверь меж мирами у черных камней? Судя по остаткам, явно подтаявшего, снега и едва проклевывающимся цветам мать-и-мачехи, весна начала вступать в свои права. Прошлогодняя трава и листья, хрустели под ногами. Одежда, представлявшая из себя экзотическую смесь лохмотьев, подобраных и купленых в разных пространствах, не годилась для ранней весны и мало спасала от холода. Свой внедорожник, я нашел там же, где и оставил, в зарослях боярышника. Он был присыпан листвой и древесным мусором, одно колесо спущено, аккумулятор разряжен. Но, хвала небесам, случайные мародеры не наткнулись на него. Все мои пожитки остались на месте. В очередной раз похвалив себя за хорьковую запасливость, переоделся в нормальную одежду, зажег горелку, разогрел консервы. И напившись горячего сладкого чаю, уснул прямо на откинутом водительском сиденье. На следующий день вышел на трассу. За не большую плату договорился с водителем старой нивы, подьехать помочь с ремонтом и прикурить мой внедорожник. Импортная техника не подвела, долгий простой под снегами и ветрами, не помешали дизелю завестись с пол оборота. Приведя машину в порядок, в последний раз окинул взглядом желто-бурые холмы окружающей степи и сев за руль, отправился обратно домой. Оказывается, после долгих месяцев скитаний по странным мирам, я соскучился по простым бытовым радостям земной цивилизации. Обычной человеческой работе. Компьютерам, телевизорам, супермаркетам, переполненым в час пик маршруткам. И ограниченой земными условиями, магии. Но в снах, снова и снова, я продолжал пить жидкое золото в подземельях исполинской пирамиды цвета густой тьмы. Заговаривать обережные круги от ночных убийц. Слушать мерное дыхание и позвякивание украшений Альядо "...", идущей за мной след в след. А однажды, в одном из сновидений, ко мне пришел человек в фиолетовой маске. Посмотрев десятком искуссно вырезаных глаз, традиционно поприветствовал меня. После чего, медленно поднял руку и снял с себя маску. Закомое, до самой мелкой морщинки, лицо, с лукавым прищуром воззрилось мне мне в глаза, проникая взглядом в самую мою суть.

… Пробежав пару десятков шагов в сторону, где мне привиделась фигура в красном. Долго стоял под проливным дождем, вертя головой во все стороны, высматривая наваждение и сомневаясь в своём зрении. Дождь серой стеной закрывал обзор. На лужах под каплями вздувались пузыри. Автомобили проносились мимо, обдавая меня волнами брызг и запахом газов. Прохожие шли словно не замечая и лишь приблизившись, обходили прячась под зонтами. Но фигура в грязно-алом словно растворилась в мокрой серости улицы. Повернулся и глубоко погруженный в свои мысли пошел обратно, уже сомневаясь в своем разуме. Не дойдя до входа в здание нескольких шагов, мокрый насквозь и задумчивый, обратил внимание на стоящего на обочине не обычного человека. Он смотрел на меня не моргая и не отводя взгляд. Странным было то, что не смотря на дождь, он оставлся совершенно сухим. А так же его одежда. Длинное зимнее пальто с выглядывающим воротом яркой гавайской рубахи. Совершенно не уместные в такую погоду, сандалии на босу ногу. И серая каракулевая шапка. Он был высокий, худой. Орлиные черты на бледном, но гладко выбритом лице. Не отрывая от меня черных, заглядывающих прямо в душу, глаз, он произнес тихим, но твердым, перекрывающим шум дождя, голосом: «Ты должен пойти со мной!». И сделал шаг мне на встречу.