Тяжелая поступь воспоминаний

Песок и мелкие камешки скрипели под подошвами моих ботинок. "..." шла за мной шаг в шаг, позвякивая украшениями и не расставаясь со своим глязно-алым одеялом. До горизонта расстилалась плоская, как стол, пустошь. Редкие раскидистые деревца почти не давали тени. Холмы сухой глины, рябь песка в распадках, иссточеные ветром камни. Однообразный пейзаж не давал зацепиться взглядом. Здесь можно ходить многие дни, и так никуда и не прийти. Солнце не давало направления. Если это светило, является именно Солнцем, а не чужой неведовой звездой, в не ведомой вселенной. Ночное светило было не менее ярким и заливало окружающее белёсым, превращая красную глину в серебро, белый песок в пурпур и не давая звездам проглядывать сквозь этот неземной свет. Монотонные шаги, позвякивание украшений и редкие привалы.

… Ты кто и куда шла, оказавшись так далеко в этих пустошах? Спросил я её после завтрака, в то первое утро. Я, твой А-лья-до, предствилась она, неожиданно мягким голосом. Алия… Аля, окей, запомнил. Рассеянно произнес я в ответ, слушая тихий шёпот «второго» голоса, открывающего мне её «истинное имя». И так как дальнейших обьяснений не последовало, посмотрел «глубоким шаманским» взглядом. Зрелище, представшее перед моим внутренним взором, было очень необычно. Она явно была человеком, когда то, очень очень давно. Родившимся и умершим, судя по всему, не в этом мире. Дух. Сейчас медленно уплотняюшийся до плотского, проявленного состояния. Словно обкусаные, тонкие тела, разорваные энерго каналы. Частичная потеря памяти, со следами грубых магических манипуляций и заменой воспоминаний. А так же крайнее истощение, как энергетическое, так и медленно уплотняющееся, физическое. Да, в таком состоянии она обречена, даже дойдя до поселения. А в одиночку и подавно. Если не солнце и жажда, то ночные охотники, покалечат плоть и вытрясут из нее все крохи, кем то грубо препарированной, души. Я не спеша собрался и пошел своей дорогой. И так сделал для нее больше, чем кто либо из местных, которые даже не посмотрят на умирающего. "..." же, завернувшись в свое одеяло, двинулась за мной. Идя след в след, мерно позвякивая украшениями и не отставая ни на шаг...

Песок и мелкие камешки скрипели под подошвами моих ботинок. "..." шла за мной шаг в шаг, позвякивая украшениями и не расставаясь со своим глязно-алым одеялом. До горизонта расстилалась плоская, как стол, пустошь. Редкие раскидистые деревца дарили жидкую тень и хоть какой то отдых, во время привалов. 

… Два дня мы провели в поселении, спрятавшемся в раселине меж скал. Название его, я так и не вспомнил. А жители были не особо словоохотливы. Они, как мне показалось, стали со страхом отстраняться, после общения с тем странным человеком, «провожающем умерших». Запах кофе, так удививший меня, оказался красной банкой дешевого растворимого напитка, каким то чудом попавшим из моей реальности в эти скрытые пространства. Очередное доказательство, что я не единственный путешественник здесь. И используемым в качестве наполнителя для курильницы благовоний. Первым делом, я выкупил у бармена эту банку с остатками растворимой бурды, и с непередаваемым наслаждением выпил кружку растворимого кофе. Сдобрив его местным аналогом сахара, серыми комочками добываемыми из гнезд подземных насекомых. Под изумленные взгляды посетителей. "..." тоже пригубила пару глотков грязно коричневого напитка, но сморщив носик отодвинула кружку, и переключилась на вяленое мясо и тонкие лепешки. Следующие дни, я либо спал, либо ходил по городу, закупаясь необходимым и расплачиваясь наложением слов силы. Моя спутница, либо ела, всё что здесь считалось елой и подавалось на стол. Либо тенью следовала за мной, словно свжевылупившийся утенок. Пришлось купить ей свободные полотняные брюки и такую же рубашку, от деревянных песчаных сандалий, она отказалась. На третье утро, я крепко зашнуровал ботинки, накинул на плечи потяжелевший ранец и двинулся к выходу из города. "..." все так же тенью следовала за мной. Мои слова, о том, что я путешествую в одиночку, а она свободна и может идти куда ей хочется, либо остаться в городе, были молча проигнорированы. В то утро, мимо сторожевых башен вышли двое. Я и моя спутница, так и не бросившая своё одеяло, и направились в дикую пустошь ...

Песок и мелкие камешки скрипели под подошвами моих ботинок. "..." шла за мной шаг в шаг, позвякивая украшениями и не расставаясь со своим глязно-алым одеялом. До горизонта расстилалась плоская, как стол, пустошь. Редкие раскидистые деревца, холмы сухой глины, рябь песка в распадках, иссточеные ветром камни. В полдень шестого дня пути, мы набрели на едва заметную расщелину. Которая постепенно, километр за километром, расширялась и углублялась, превращаясь в широкую долину меж горных кряжей. Наконец в дали показались металлические трубы, вздымаемые высоко в небо, цистерны, печи, перегонные колонны. Словно из ниоткуда, под ногами побежали рельсы. Появились горы битого кирпича и остатки строений, укрепленных стальными колоннами. Пром зона выросла словно из под земли. Старый завод, непонятной цивилизации, выглядел в этих местах совершенно неуместным. Но он был реальным. Огромные механизмы и многоэтажные строения из металла и кирпича. Трубы, лестницы, многоярусные переходы, зависшие эскалаторы и лифты. Я направился в самую гущу техногенного хаоса. "..." продолжала следовать за мной по пятам.

P.S. Примерно так выглядит А-лья-до "...". Правда, не в момент встречи, тогда она была крайне истощенной. А позднее, когда немного восстановилась. Я не владею ни фотошопом, ни ИИ, поэтому создал ее в редакторе игры.